Мир после COVID-19 уже никогда не станет прежним

Аватар пользователя Админ
account_circleАдминaccess_time03 июн 2020remove_red_eye156

Оценка ситуации.

В условиях, когда в рамках подготовки к биологическим войнам государства экспериментируют с широкой линейкой вирусов, проводя в том числе и командно-штабные учения, информация о которых утекает в СМИ, любое совпадение штаммов COVID-19 со штаммами лабораторий вполне вероятны. Коронавирусы известны давно, и они являются таким же предметом изучения и экспериментов, как и многие другие вирусы.

Однако рассматривая ситуацию пандемии COVID-19, нужно отметить следующее:

1. Ситуация немедленно стала использоваться в геополитической борьбе как часть информационной войны, поэтому высока вероятность дезинформации, включающей в себя сочетание реальных и вымышленных фактов, умолчаний и тенденциозных трактовок полуправды.

2. Достоверно сказать, искусственный или естественный характер у вируса COVID-19 сейчас не представляется возможным. Намного важнее, что в любом случае он стал фактором глобальной политики, в том числе фактором противостояния сверхдержав и борьбы за удержание или трансформацию международных союзов, а также за главенство в существующих и будущих альянсах.

3. Эффект от случайной утечки вируса COVID-19, будь он создан намеренно или возник из-за природных мутаций, полностью равнозначен эффекту от целенаправленной акции широкомасштабного применения биологического оружия. В обоих случаях события развиваются одинаково, и создаётся обширное поле для трактовок пропаганды.

4. Рассматривать нынешнюю пандемию COVID-19 необходимо в контексте недавнего инцидента в Солсбери. Несмотря на наличие широкой сети американских исследовательских центров в Северной Каролине, Гарварде и Арканзасе, значительная часть исследований проводилась в Великобритании, в Солсбери и Кембридже.

Финансирование осуществлялось Биллом Гейтсом, а работающий по программе COVID-19 Институт вирусологии в Ухане финансируется Соросом. Если учесть, что исследования по коронавирусам проводились ещё в Австралии и Канаде, то роль Лондона в кейсе пандемии COVID-19 становится более значимой, чем роль Вашингтона.

5. Разведсообщество США вовлечено во внутреннюю политическую борьбу между демократами и республиканцами, что способствует его внутреннему расколу по политическим предпочтениям и является фактором его ослабления.

В связи с этим можно отнестись как к возможному событию к информации, размещённой на сайте ветеранов американского разведсообщества VeteransToday  о том, что COVID-19 разрабатывался против Китая и Ирана, и имела место случайная утечка штамма, так как намеренное применение этого оружия вызывает большие поражения в собственных рядах.

6. Китайские спецслужбы, отводя от себя обвинения, опубликовали данные научного журнала Natura за 2015 год, где сообщалось о том, что есть вероятность межвидовой передачи коронавируса, то есть эта тема плотно изучалась военными микробиологами.

Первый переболевший коронавирусом COVID-19 сотрудник был в США в октябре 2019 года. Однако проверить это невозможно, и при этом надо учитывать, что США с 2002 – 2003 гг. работали по программе коронавирусов летучих мышей SARS, изучая возможности их взаимодействия с АСЕ-2 рецепторами клеток человека.

Был получен способный передаваться людям коронавирус, названный SHC014-CoV. При этом не известно, какой именно разновидностью коронавируса болел сотрудник американской лаборатории, и тот ли это вирус, что попал на рынок Уханя.

7. Необходимо отметить схождение линий Гейтс (главный спонсор клана Клинтонов и демпартии США) – Сорос (спонсор демпартии США) – Солсбери – Ухань.

Что ожидать.

1. Развитие пандемии показало, что система здравоохранения всех государств – слабое место в их национальной безопасности. Пока системы традиционных вооружений получали преимущественное финансирование, затраты на здравоохранение сокращались как непроизводительные расходы.

Обоснованием служили данные о росте достатка и продолжительности жизни, а также приоритеты бюджета на структурных инвестпроектах. В результате коллапс здравоохранения наступает при сохранении ежедневного роста больных в тяжёлой форме в количестве 10 тыс. в день в течение десяти дней.

2. На этой стадии наступает острая нехватка медперсонала, сокращаемого в результате выбытия врачей по болезни. Недостаток лекарств, больничных мест и аппаратов ИВЛ требует введения военного положения, в котором экономика рушится за три месяца, а традиционные институты власти прекращают существование.

Национальная валюта испытывает кризис, а власть переходит к тем, кто контролирует армию, системы связи и навигации, автоматизированные системы управления и обеспечивает монополию на информацию. Под контроль берутся электронные расчёты, электростанции, интернет, СМИ, трубопроводы и транспорт. Этого достаточно для захвата власти любой группой.

3. Политическая система застывает в состоянии чрезвычайной концентрации власти. Демократия сворачивается. Общество само требует усиления надзора за поведением людей, те, кто возражает, третируются как угроза безопасности и маргиналы. В обществе появляются новые линии раскола, что создаёт свободу манёвра для стремящихся к власти групп.

4. Начинается борьба за влияние на международные институты в целях превращения их в инструменты своей политики. Отказ Трампа от финансирования ВОЗ рассчитан на выборный контекст и внутреннюю аудиторию, однако ЕС, Россия и Китай выступили с возражениями и несогласием.

Для них ВОЗ важна как канал распространения информации о коронавирусе и способ оставить США в изоляции по данному вопросу. Если это удастся, вероятно временное снижение активности США в других международных организациях по вопросам торговых войн и увеличения расходов по НАТО.

5. США и Великобритания всеми силами стремятся воспрепятствовать сближению России и Китая с ЕС по линии медицинской помощи. Если такое сближение случится, под угрозу попадёт единство НАТО. Медицина за два месяца стала более важным фактором геополитики, чем финансы и военное дело.

ВОЗ превращается в субъект геополитики, стремительно догоняя по влиянию НАТО и МВФ и сохраняя связи со всеми государствами поверх границ блоков. США не хотят финансировать этот процесс, а хотят заставить ВОЗ стать оружием против Китая. Борьба за ВОЗ становится борьбой за ключевой институт влияния в ближайшее десятилетие.

6. Совпадение пандемии с очередной волной экономического кризиса глобальной модели, построенной на эмиссии доллара, ускоряет формирование элит, ищущих выхода в формировании обособленных кластеров, совпадающих с зонами влияния.

Это подталкивает к переделу мира с участием вооружённых сил, где невозможность ядерного конфликта компенсируется возможностями биологических войн. Коронавирус – это новый ресурс войны и первый прецедент активного использования биологического оружия в борьбе за передел сфер влияния.

7. Кластеризация экономики, сопровождающаяся локальными войнами и картельными соглашениями, толкает к формированию зон, использующих другие валюты, кроме доллара и евро. Возникает конфликт валютных систем, где победа будет достигаться с помощью всего спектра вооружений, вплоть до боевых вирусов и искусственного интеллекта.

США заинтересованы создать обособленные кластеры, в каждом из которых они имеют эксклюзивную возможность сохранить господствующие позиции, тогда как Россия и Китай свои кластеры будут охранять от США. Наиболее слабые позиции в этой ситуации у ЕС.

8. Гиперэмиссия доллара и евро – дестабилизирующий валютный риск и важный стимул к кластеризации и созданию системы альтернативных валют, эволюционирующих от электронных клиринговых систем до устойчивых валютных союзов с собственными электронными платёжными системами и резервными валютами наиболее сильных государств.

Разрушение намерений в создании таких систем – ещё один стимул для США и «глубинного государства» с центром в Лондоне к применению биологического оружия как главного фактора разрушения экономики и власти государств-конкурентов.

Таким образом, эпидемия, будь она искусственной или естественной, помогает решать задачу снижения сопротивления переделу мира на условиях США в такой вариант кластеризации, где глобализм по-американски будет сохранять все свои прежние позиции, лишая преимуществ всех прочих владельцев кластеров.

США будут стремиться встроиться в полицентричный мир в качестве единого общего полюса, сохранить контроль над местными валютно-финансовыми системами и будут использовать для этого все средства.

Новая экономическая карта мира сейчас находится в процессе оформления. Применение вирусов в сочетании с торговыми войнами, военным давлением, технологическим лидерством, включая социальные технологии и технологии гибкого опережающего управления, применение искусственного интеллекта в использовании интегрированных автоматизированных систем управления, работающих с большими базами данных, господство в сфере СМИ – вот инструменты борьбы за границы на этой карте и коды доступа в отдельные кластеры.

Однако очевидно, что Россия претендует на Евразию, включая СНГ и Восточную Европу, где у неё не будет компромиссов с США и ЕС, стремящихся удержать контроль над этой частью Евразии. Главный их интерес – сохранение позиций в создании логистических сухопутных систем, что означает контроль за важнейшим транспортным коридором с повышенным транспортным сопротивлением в виде сложных ландшафтов и множества границ, но это альтернатива морской торговле, находящейся под контролем США. Евразийский коридор помогает США сохранить гегемонию, а Европе – разрушить её.

Основные угрозы.

Переговоры по поводу зон влияния возможны после окончания президентских выборов в США при условии победы Трампа. В случае победы демократов вероятно усиление противостояния вплоть до горячей фазы войны с применением тактического ядерного оружия и боевых вирусов. Победа демократов желательна для Китая и ЕС, но неприемлема для России.

Применение вируса как средства политической борьбы способно обнулить все поэтические расклады как в США, так и в ЕС, России и Китае. Поэтому в ближайшее время с высокой вероятностью продолжится тестирование влияния вирусов на механизмы глобальной трансформации политических систем.

Главным направлением исследований будет определение соотношения ущерба и выгоды, а также методов локализации ущерба и усиления выгоды. Возможно также изучение возможностей достижения целей в ситуации цивилизационной катастрофы ведущих экономически развитых государств, претендующих на долю в новом мировом порядке.

В связи с этим будут прилагаться усилия по подавлению сопротивления оппонентов путём информационной войны. Дезинформация будет главным средством победы, влияющим на намерения элит и ключевых социальных групп. Тот, кто перехватит инициативу в информационной войне, выйдет победителем в противостоянии.

Средняя оценка: 5 (голоса: 1)