Что изменится с уходом Виктории Нуланд — и насколько сильно

    Нуланд представляет, безусловно, влиятельный политический клан, но его ресурсы оцениваются не всегда корректно.
    Аватар пользователя Институт РУССТРАТ
    account_circleИнститут РУССТРАТaccess_time16 мар 2024remove_red_eye11 788
    print 16 3 2024
     

    Нуланд представляет, безусловно, влиятельный политический клан, но его ресурсы оцениваются не всегда корректно.

    На прошлой неделе появились новости о том, что после долгой карьеры Виктория Нуланд ушла с поста заместителя государственного секретаря по политическим вопросам в государственном департаменте США. За эти годы она приобрела репутацию упрямого неоконсерватора и русофоба, последовательно занимая посты у других неоконов. Она была главным помощником сторонника жесткой линии в отношении России Строуба Тэлботта, советником по национальной безопасности вице-президента Дика Чейни и пресс-секретарем госсекретаря Хиллари Клинтон.

    Семья Нуланд тоже весьма непростая в этом смысле. Её муж, Роберт Каган, ведущий обозреватель The Washington Post и старший научный сотрудник Института Брукингса, известен как радикальный сторонник американского милитаризма. Брат Кагана, Фредерик Каган, является сотрудником неоконсервативного Американского института предпринимательства (AEI) и автором ведущих республиканских СМИ. Тематика его статей выражает мечты «ястребов» по отношению к России.

    Жена Фредерика Кагана, Кимберли Каган, возглавляет Институт изучения войны (ISW) – еще один вашингтонский аналитический центр, получивший особую известность после начала СВО своими пропагандистскими ежедневными сводками. Эти два Кагана были близкими советниками генерала и экс-директора ЦРУ Дэвида Пэтреуса, их считают идеологами радикализации антироссийского курса администрации Джорджа Буша-младшего в 2007-2008 годах.

    Однако, именно Нуланд стала наиболее высокопоставленным представителем своего семейства. В качестве помощника госсекретаря по делам Европы и Евразии она прославилась наиболее ярким моментом своей биографии: участием в свержении президента Украины Виктора Януковича. Майдан стал триггером, запустившим череду событий, которые мы можем наблюдать вплоть до настоящего момента.

    Сообщение об отставке Нуланд вызвало самые разные реакции, вплоть до ожидания пересмотра внешнеполитической линии Вашингтона. Такие прогнозы основаны на том, что внешняя политика в Вашингтоне формируется очень узким кругом, и Каганы играют в этом не последнюю роль. Прежде всего, как руководители аналитических центров, связанных с другими центрами, и совокупно с неоконсервативными СМИ, формирующими общепринятое мнение, на которое ориентируются менее профессиональные, но обличенные полномочиями чиновники.

    Стоит учесть, что внешнюю политику США формирует не Госдеп. Внешняя политика Соединенных Штатов, прежде всего, формируется в Совете национальной безопасности под руководством Белого дома. Непосредственный руководитель Госдепа и, до недавнего времени начальник Нуланд, Энтони Блинкен, известен своей низкой компетенцией.

    Существуют, как минимум, две фигуры, сравнимые или даже превосходящие его по аппаратному весу. Это советник Байдена по национальной безопасности Джейк Салливан, и директор ЦРУ Уильям Бернс – они оба вылетают на ответственные участки внешнеполитического фронта, и в лучшем случае уже потом подтягивается госдеп.

    Примечательный момент: прошлым летом в качестве кандидата на должность заместителя госсекретаря, вторую должность в Госдепартаменте, рассматривался Джонатан Файнер. Однако, его в буквальном смысле сочли слишком ценным, чтобы отводить с поста заместителя Салливана.

    Госдеп, с Нуланд или без, занимает подчиненную позицию по отношению к реальным центрам силы, Салливану и Бернсу. Поэтому влияние клана Нуланд ограничено теми результатами, которые возможно получить за счет трансляции своих мнений и лоббизма.

    Нуланд, безусловно, ярко проявила себя именно на Украине, но если брать ситуацию в целом, то характер её действий не выделялся каким-то особым радикализмом на фоне общей политики Обамы-Байдена. Нуланд была мало связана с событиями в Ливии или Сирии, но результаты оказались примерно одинаковыми. Поэтому вряд ли можно говорить о стратегическом влиянии Нуланд на конкретную администрацию Белого дома.

    Самым правильным будет сказать, что с уходом Нуланд в Госдепе не случится особых перемен. 35-летняя карьера Нуланд завершилась после того, как ее обогнали при назначении на пост первого заместителя госсекретаря. Вместо Нуланд пришел эксперт по Азии Курт Кэмпбелл, которого предложил лично Джо Байден. Заместителем госсекретаря по вопросам управления стал Джон Басс. Басс, как и Нуланд, служил помощником Строуба Тэлботта и Дика Чейни. Кэмпбелл, хотя и считается в первую очередь архитектором азиатской политики, прекрасно справляется с продолжением демонизации России и, заодно, Белоруссии.

    Есть нюанс: в 2012-2017 годах Басс был послом США в Турции (Эрдоган подавил вооруженный мятеж), до 2012 года работал послом в Грузии – состоялся «антисаакашвили»-поворот грузинской политики. А самое главное – Басс являлся американским послом в Афганистане с 2017 по 2020 годы. Как раз накануне бегства США из этой страны. Поэтому складывается впечатление, что функция Басса не столько дипломатическое развитие, сколько максимально корректное сокращение присутствия в США в регионах, которые контролировать уже не получается.

    Огорчит это кого-то или нет, но вероятность коррекции внешнеполитического курса США в первую очередь связана с возможным приходом во власть Трампа – если его не выведут из гонки каким-нибудь неэлекторальным способом. Вероятность, нужно это подчеркнуть, вовсе не означает неизбежности такой реформы. Тяга США к доминированию останется прежней, а значит , судя по всему, окажутся лишь тактическими.

    Оптимисты могут надеяться, что США осознают пагубность своего курса уже при Байдене. Однако, если такое чудо и произойдет, то уж точно – не в связи с отставкой Виктории Нуланд.

    Средняя оценка: 5 (голоса: 3)