День независимости Ливана: где кончается власть Бейрута и начинается «Хезболла»?

    Военно-политическая организация «Хезболла» и политические власти Ливана создают весьма сложный симбиоз.
    Аватар пользователя Институт РУССТРАТ
    account_circleИнститут РУССТРАТaccess_time20 ноя 2023remove_red_eye41 490
    print 20 11 2023
     

    22 ноября Ливан будет отмечать 80-летие независимости, в 1943 году страна освободилась от французского мандата. Ливан исторически играл значимую роль в отношениях Востока и Запада со времен Крестовых походов — страна до сих пор может похвастаться проживающими на ее территории маронитами, арабоязычными христианами, которые составляют около трети населения. С XVIII века Бейрут стал одним из стратегических портов торговли, культурного и геополитического влияния на Средиземном море.

    Позиции Ливана и действующей на его территории организации «Хезболла» сейчас уделяется большое внимание. Многие аналитики, как в Израиле, так и за его пределами, считают фактор возможного вмешательства «Хезболлы» в конфликт определенным водоразделом, отделяющим пока то локальный конфликт в Газе от большой войны на Ближнем Востоке. Даже сейчас до 30% вооруженных сил Израиля находятся на границе с Ливаном и не могут отвлечься на операцию в секторе Газа — просто на всякий случай.

    Возникает логичный вопрос: если Израилю потенциально угрожает некое политическое движение, то как из этого следует необходимость воевать с Ливаном, как с государством?

    Отношения официальных властей Ливана и «Хезболлы» многоуровневые и сложные. Можно сказать, что «Хезболла» стала явочным порядком одним из государственных институтов Ливана, причем, это случилось как следствие своей разветвленности и влиятельности организации.

    Устройство «Хезболлы» изучено ограниченно в связи с крайней непрозрачностью данной организации, ориентирующейся на Иран. Высшим органом в структуре группировки является Генеральный Совет Шуры, одобряющей все решения внутри группировки и в сложных ситуациях консультирующийся с аятоллой Хаменеи. У «Хезболлы» есть собственный медиа-пул: телеканалы «Аль-Манар» и «Аль-Маядин», радиостанции «Ан-Нур» и «Голос Ислама», печатные издания «Аль-Ахд», «Бакыят Аллах» и «Махди».

    Социальный комитет занимается благотворительной деятельностью и поддержанием семей погибших через множество фондов, проектами реконструкции и строительством гражданской инфраструктуры, а также мобилизует молодежные группы через спортивные и студенческие кружки. В середине 1990-х гг. был создан комитет джихада, куда входят не только ливанцы, но и члены иранского Корпуса стражей исламской революции (КСИР).

    Что важно: в 2000 году, после усиления «Хезболлы» во внутриполитическом процессе Ливана, внутри нее был создан парламентский совет, отвечающий за выдвижение депутатов разных уровней. То есть, депутаты от «Хезболлы» работают в первую очередь в интересах организации — и это общеизвестно.

    Есть у «Хезболлы» и серьезный финансовый ресурс. Несмотря на западные санкции, структура имеет обширную сеть подставных компаний в разных частях света. Предположительно, только в Парагвае финансовые и торговые операции приносят этой организации около 10 миллионов долларов в год, в Чили и Колумбии «Хезболла» оперирует рядом компаний в зонах свободной торговли.

    Всё это объясняет серьезное влияние «Хезболлы» на политику Ливана, которая во многом остается нестабильной. С 1992 года «Хезболла» принимает участие в парламентских выборах, нарастив к настоящему моменту число депутатов до 12 из 128 и имея 2 министерских портфеля из 30. «Ядерный» электорат «Хезболлы» достаточно многочисленный и преданный — «Хезболла» эффективно совмещает исламскую риторику с конкретными делами. Например, «Хезболла» после очередной военной операции Израиля «Гроздья гнева» отремонтировала около 5 тысяч домов в 82 деревнях, восстановила дороги и инфраструктуру, а также выплатила компенсацию ливанским фермерам.

    Со временем в Ливане возник определенный политический компромисс. Ливанское правительство официально одобрило сопротивление Хезболлы израильской оккупации южного Ливана, а «Хезболла» смягчила исламистскую риторику, что позволило привлекать голоса христиан и суннитов.

    Стоит отметить, что 12 мест в парламенте Ливана — это лишь «Хезболла», как таковая. Организация сначала успешно консолидировалась с партией «Амаль», а затем с другими движениями, причем проще всего «Хезболле» было с христианами, а труднее — с суннитами.

    Есть и внутренняя специфика Ливана, где 128 парламентских мест должны быть равномерно поделены между представителями крупнейших религиозных и этнических групп страны. По 64 места закреплены за христианами и мусульманами, которые делят квоты дальше. Мусульмане — среди шиитов и суннитов, христиане — среди маронитов, католиков, греко-католиков, православных, армянской церкви и т. д. Единолично доминировать в парламенте Ливана не получится технически, так что коалиции неизбежны.

    По итогам выборов в мае 2022 года «Хезболла» и её союзники получили в парламенте 58 мест, её противники — 47 мест, и 22 места достались независимым кандидатам. Которые, скорее всего, встанут на сторону оппонентов движения.

    «Золотую акцию» получила партия «Ливанские силы», которые называют сами себя крупнейшей христианской партией страны. Дополнительно ситуацию усложняет то, что «Ливанские силы» поддерживает… Саудовская Аравия. А значит, высший законодательный орган Ливана стал территорией конкуренции Ирана и Саудовской Аравии — но текущая политическая конъюнктура, против Израиля и Запада, снова выводит «Хезболлу» на первое место в плане общественных симпатий.

    «Хезболла» эволюционировала от радикального исламизма, нацеленного на устранение конфессионализма в политической системе Ливана, до создания альянсов и блоков не только с родственными шиитами из «Амаль», но и с христианами, и даже суннитами.

    Так или иначе, политика Ливана сейчас немыслима без учета фактора «Хезболлы». Картина, которая возникает в результате попыток примитивизации данного политического феномена, в действительности далека от реальной жизни. «Хезболла» может лоббировать свои интересы и оказывать мощное давление на внутреннюю политику. Движение остается неотъемлемым компонентом ливанской системы, так что формула «говорим Ливан — подразумеваем Хезболла» в большинстве случаев соответствует действительности.

    Средняя оценка: 5 (голоса: 6)