Южный Хартленд: почему России важно присутствовать в Африке?

    Проведение саммита Россия-Африка направлено на укрепление наших связей, служит улучшению понимания интересов и ценностей друг друга, совместному отстаиванию общей повестки по созданию многополярного мира.
    Аватар пользователя Леонид САВИН
    account_circleЛеонид САВИНaccess_time27 окт 2023remove_red_eye74 490
    print 27 10 2023
     

    В последнее время Россия проявляет интерес к сотрудничеству со странами Африки. Хотя это можно связать с долговременным (а может и постоянным) уходом России из стран Запада и прекращению сотрудничества во многих сферах, переориентация на Юг и Восток имеет за собой не только экономические и политические причины, но и стратегические геополитические факторы. Проведение саммита Россия-Африка направлено на укрепление наших связей, служит улучшению понимания интересов и ценностей друг друга, совместному отстаиванию общей повестки по созданию многополярного мира.

    Пусть не вводят в иллюзию карты проекции Меркатора, — Африка на самом деле в несколько раз больше Европы. Это огромный континент, занимающий более 20% суши Земли и насчитывающий 54 независимых государства. Это огромные пространства, которые можно использовать для сельского хозяйства, залежи природных ресурсов и политическая поддержка, например, при голосовании в ООН.

    Африканский континент сильно пострадал от европейского колониализма. И хотя весь мир знает о древних цивилизациях и некогда могущественных государствах, которые родились на этом континенте — от Древнего Египта до Эфиопской Империи (Абиссиния), это не спасло народы Африки от угнетения и навязывания им внешнего управления. Вначале непосредственно, а затем опосредованно. Весь ХХ век прошел в попытках многих стран этого континента в освобождении от колониальной зависимости. И продолжение этой борьбы (уже от пут неоколониализма) мы видим по сей день.

    В эпоху Советского Союза мы активно поддерживали народы Африки в национально-освободительной борьбе. Логично, что эта тенденция продолжится и сейчас. И такая помощь имеет за собой важные геополитические императивы.

    Не нужно напоминать, что на пространстве Евразии Россия представляет собой Хартленд, географическую ось истории — оба термина ввел британский географ Хэлфорд Маккиндер. Однако почему то многие забывают, что он говорил и о втором Хартленде Мирового острова. Под Мировым островом он имел в виду Евразию и Африку, соединенные Аравийским полуостровом. В отличие от Евразийского Хартленда он предлагал называть его Южным ввиду размещения на черном континенте. Безусловно, в первую очередь он говорил о необходимости контроля над Северным Хартлендом, чтобы доминировать в Евразии и, тем самым, господствовать над Мировым островом.

    И если учитывать как англо-саксонские стратеги разрабатывают свою внешнюю политику и как следуют своим доктринам и idee fixe, становится понятным почему такой интерес проявляют к Африке США. Если точнее — именно к Южному Хартленду. Поскольку в мировой геополитики эти два Хартленда имеют корреляции.

    Согласно Маккиндеру Южный Хартленд тянется от Судана до западной оконечности Гамбии на атлантическом побережье и охватывает часть Африки ниже Сахары до тропических лесов, которые простираются в экваториальной части. Северо-восточная оконечность Южного Хартленда — это Эфиопия и Сомали, которые имеют выход в Йемен, а через аравийские степи идет проход в Северный Хартленд. Маккиндер говорит об определенных сходствах двух обозначенных массивов в отношении удобства транспортных коммуникаций, речных систем и плодородных земель.

    В том числе и о важности исторической Сирии и Палестины как связующего элемента между Африкой и Евразией. В призме текущих конфликтов в Сирии и палестинском Секторе Газе, а также попытках США сохранить ограничения над суверенитетом Ливана и использовать Израиль как свою прокси силу в Западной Азии это свидетельствует о том, что Вашингтон продолжает использовать формулу Маккиндера для выстраивания своей стратегии в регионе.

    А теперь давайте посмотрим на текущие политические процессы в Южной Хартленде. Если начинать с восточной части, мы обнаружим, что находящиеся там государства находятся в состоянии кризисов или конфликтов. Судан при непосредственном участии США был разделен на две части, в одной из которых сейчас идет гражданская война. Южный Судан также прошел через конфликт и межэтнические столкновения. В Эфиопии гражданская война на севере шла с 1961 по 1991 г., в результате чего появилась Эритрея. Однако после признания независимости в 1993 г. началась война между двумя государствами. А совсем недавно в Эфиопии вспыхнул внутренний конфликт в провинции Тыграй. Власти федерации открыто обвиняли США в причастности к помощи повстанцам и сепаратистам. Сомали также прошло череду конфликтов и экономика этой страны находится в плачевном состоянии.

    В качестве валюты там используется доллар США, что наглядно говорит о внешней зависимости. Лишь Джибути после получения независимости от Франции смогла более менее устоять на ногах. Однако на ее территории находятся военные базы США, Франции, Италии, Японии, а с недавнего времени и Китая. Поэтому их сбалансированная политика имеет двоякий смысл.

    А далее, если двигаться на Запад, в Южном Хартленде находятся Чад, Нигер, Буркина-Фасо и Мали. Чад испытывает проблемы от исламских боевиков, и в одной из операций против них в 2021 г. погиб президент страны. В октябре 2022 г. в стране прошли массовые беспорядки. Нужно отметить, что в начале этого года власти страны национализировали активы дочерней компании Exxon Mobil. Кроме того, в стране добывается уран, к чему причастна французская компания Оrano S. A (также имеет активы в Нигере, Нигерии, Габоне и Намибии). Пока французское присутствие в стране остается, кроме того, недавно туда были переведены французские военные из Нигера. Тем не менее, отношения России и Чада в последние годы активно развиваются, в том числе и в военной сфере.

    А три остальные государства — Нигер, Буркина-Фасо и Мали недавно подписали соглашение о создании Альянса Сахельских государств. Это произошло после военных переворотов и фактическом изгнании французов из этих стран, в чем западные СМИ усмотрели некое влияние России. Хотя страны ЭКОВАС (кроме тех стран, которые вышли из объединения) грозились ввести войска в Нигер, но этого не сделали. Хотя явного присутствия России в Нигере нет, зато в Мали российские специалисты помогают вести борьбу с террористическими группировками, а нынешний лидер Буркина-Фасо Ибрагим Траоре явно не скрывает своих симпатий к России.

    С новым Альянсом Сахельских государств солидарна Гвинея, которая имеет выход в океан, и где в 2021 г. также состоялся военный переворот.
    А в соседнем Сенегале также сильны антиколониальные и антифранцузские настроения. Кстати, первый президент этой страны Леопольд Седар Сенгор был одним из теоретиков негритюда — политической философии, которая обосновывала особенность развития африканских народов.

    Итак, мы видим постоянные проблемы с конфликтами на протяжении всего Южного Хартленда и западное присутствие в виде сырьевого неоколониализма и сети военных баз.

    Военные перевороты последних лет имеют явный национально-освободительный оттенок и есть шанс, что эта тенденция продолжится из-за недееспособности внешних сил справляться с кризисами и приносить пользу местным государствам.

    Но с Южным Хартлендом напрямую связан и Римланд (береговая зона) Африки на севере. Так, безопасность Нигера и Чада частично обеспечивалась с помощью Ливии до 2011 г., пока Ливийскую Джамахирию не разрушила управляемое извне восстание, перешедшее в гражданскую войну.

    Эффект домино вызвал проблемы с исламистами в Чаде и Нигере, но также в Тунисе и Египте. Алжир занял стратегически правильную линию политики и продолжает тесное сотрудничество с Россией. Между тем ухудшились отношения с Испанией, которая получала оттуда природный газ. На северо-западе существует треугольник противоречий между Мавританией, Марокко и Алжиром по поводу статуса Западной Сахары. Алжир поддерживает Фронт Полисарио, но Марокко фактически контролирует Западную Сахару, где находятся крупнейшие запасы фосфатов, которые жители Западной Сахары считают своими и называют действия Марокко по их добыче и продаже противозаконными. Кстати, Дональд Трамп в 2020 г. признал суверенитет Марокко над Западной Сахары в обмен на установление дипломатических отношений между Марокко и Израилем. Все эти факторы влияют на страны ниже Сахары.

    Если рассмотреть регион ниже самого Южного Хартленда, то ближе в Экватору Россия успешно присутствует в Центральной Африканской Республике. Рядом находится один из гигантов континента — Демократическая Республика Конго, которая представляет огромный потенциал. В соседней Анголе Россия имела историческое присутствие после ухода Португалии. Сейчас Китай активно вкладывает инвестиции в инфраструктуру этой страны и развитие промышленности. В целом, интерес Пекина к африканским странам связан с созданием транспортных хабов для своего проекта «Пояс и путь», а также доступа к природным ресурсам. Хотя Китай для России является партнером, все же следует учитывать методы работы и интересы этой страны в Африке.

    Объективно говоря, Россия там более желаемый гость из-за позитивной исторической памяти и списания Россией долгов многих африканских государств. А в некоторых государствах многие граждане учились в Советском Союза и России, что также создает благоприятную почву для развития сотрудничества.

    Наконец, Южная Африка долгие годы взаимодействует с Россией в формате БРИКС. Теперь этот клуб с 1 января 2024 г. будет расширен и от Африки туда войдет Эфиопия, где распространено восточное христианство, хотя и с местным колоритом.

    Так, мы видим, что политическая конъюнктура в странах Африки меняется. Изменяются и внешние ориентиры, а также продолжает развиваться суверенное мышление с опорой на негрютюд, панафриканизм и африканский социализм, африканский гуманизм. В последнее время появилось новое направление, известное как афрополитизм, и развивающее трансконтинентальную идентичность. Однозначно, такое мышление говорит о предпосылках для формирования Африки как особого полюса в многополярном мире.

    Возвращаясь к Южному Хартленду хочется отметить, что, в целом, история неоколониального контроля над Южным Хартлендом — это показательный пример того, что хотел бы сделать Запад с Северным Хартлендом, то есть Россией. То есть расчленить (здесь можно вспомнить вполне официальные проекты по так называемой «деколонизации России») и расхищать природные ресурcы. Поэтому объединение общих усилий России и стран Африки по борьбе с коллективным Западом будет на пользу обеим сторонам.

    Средняя оценка: 5 (голоса: 3)