Столкнутся ли США и Иран в Красном море?

    Наступление 2024 года отмечено новым этапом эскалации конфликта в Красном море. Первого января Тегеран объявил о том, что в Красное Море будет направлен иранский эсминец Alborz.
    Аватар пользователя Институт РУССТРАТ
    account_circleИнститут РУССТРАТaccess_time06 янв 2024remove_red_eye114 228
    print 6 1 2024
     

    Первая неделя 2024 года отмечена новым этапом эскалации конфликта на Ближнем Востоке.  Запрещенная в РФ террористическая организация ИГ  взяла на себя ответственность за теракты в Иране к четырехлетию гибели  легендарного командира КСИР Касема Сулеймани. Со своей стороны, США признали, что их рук в Ираке погиб влиятельный проиранский лидер Абу Таква, после чего иракский премьер ас-Судани потребовал вывода американских войск.   

    На этом фоне в Красном мире усилилось противостояние ВМС США и  контролирующих Северный Йемен шиитских повстанцев, союзников Ирана.  Все это ведет к тому, что вероятность  столкновения военно-морских сил Ирана и США в Красном море резко повышается.

    В СМИ и экспертных комментариях появляются похожие друг на друга оценки происходящего, суть которых сводится к тому, что за действиями хуситов стоит Иран, который таким образом делает свой ход в Ближневосточном конфликте. На самом деле, видимо, все гораздо сложнее. Хуситы действительно пользуются политической поддержкой Ирана, но их никак нельзя назвать чьими-то марионетками, подобному сайгонскому или киевскому режимам с их полной зависимостью от США.

    Хуситы представляют собой независимый геополитический фактор, активизация которого связана с общим «пробуждением» Глобального Юга на фоне очевидных признаков ослабления американского гегемонизма. В определенном смысле нынешние атаки хуситов в Красном море можно сравнить с восстанием в Нигере, где не только военным, но и большинству населения надоело жить в глубокой нищете и под неоколониальным прессингом на фоне абсолютно реальных возможностей для роста благосостояния.

    С другой стороны, действиями йеменских повстанцев руководит, в первую очередь, логика их собственных интересов. Они контролируют столицу Йемена Сану и прилегающие к ней районы, составляющие историческое ядро йеменской государственности, в которых проживает наибольшая часть населения Йемена.

    Значительная часть командного состава йеменской армии, костяк которой составляли выходцы с севера страны, находится на службе у хуситов. Хуситы контролируют Северный Йемен, однако стремятся взять под контроль всю территорию страны. В свою очередь, их оппоненты настаивают на федерализации Йемена и предоставлению широких полномочий южным районам страны, где раньше располагалась Народно-Демократическая Республика Йемен, с чем хуситы категорически не согласны.

    В этом контексте важно понять мотивы и цели хуситов, атакующих «аффилированные с Израилем» суда. Помимо чисто идеологических целей — помочь палестинцам и остановить операцию Израиля в секторе Газа, хуситы руководствуются и вполне рациональными мотивами.

    Они добились весомого военного результата после восьми лет боевых действий. Не смогли взять под контроль Аден и Южный Йемен, однако удержали под контролем столицу страны и большую часть Северного Йемена. Выдержали противостояние с Саудовской Аравией и ОАЭ, располагавшими неограниченными финансами и большими военно-техническими возможностями. Теперь для хуситов, видимо, наступает время конвертировать военные достижения в ощутимый политический результат.

    При этом важно понимать, что главный оппонент хуситов, поддерживаемый Саудовской Аравией президент Хади в значительной степени опирается на исламистские группы, идеологически близкие движению ХАМАС. Поэтому, атакуя «аффилированные с Израилем» суда в Красном море, хуситы решают, в первую очередь, вопрос расширения числа своих сторонников и сокращения политической базы оппонентов непосредственно в Йемене.

    Однако вступление Ирана в конфликт ведет к резкому повышению ставок в этом противостоянии. Внутренние противоречия на Аравийском полуострове, которые могли бы быть разрешены в рамках БРИКС, куда вступили Иран, Саудовская Аравия и ОЭА, из-за военного присутствия США и возглавляемой ими коалиции наполняются совсем другим содержанием. Мусульмане, в принципе, могут договориться между собой, однако найти компромисс в конфликте с участием западных «крестоносцев» будет практически невозможно.

    Вступление Ирана в войну далеко не так желанно Западу, как это может показаться. Безусловно, определенные радикальные круги в США и, особенно, Британии были бы заинтересованы в таком развитии событий. Тем не менее, открытое столкновение США с Ираном опасно для Запада непредсказуемостью последствий.

    У Ирана могут быть ограниченные средства для удара по, непосредственно, США, при этом точную номенклатуру того, чем обладает Иран, достоверно описать непросто. Но в любом случае пострадает Израиль, что станет серьезным фактором в западной стратегии на Ближнем Востоке, для которой еврейское государство выступает краеугольным камнем.

    Дело тут не в силе Израиля, а в балансе сил. Его поражение в военном конфликте и радикальное ослабление откроет «зеленый свет» энергетическим амбициям Турции по освоению шельфа Средиземного моря. Более чем вероятна дестабилизация мирового рынка нефти, что повлечет за собой энергетический кризис, который затронет и сами Соединенные Штаты.

    Результатом войны США с Ираном будет полное переформатирование региона, конкретные контуры этих изменений очень трудно спрогнозировать. В любом случае, риск ослабления США велик, а значит есть вероятность, что в глобальном противостоянии с Китаем Америка ухудшит свои позиции. Это главная причина, по которой вопрос войны с Ираном будет поднят США в самом исключительном случае.

    Средняя оценка: 5 (голоса: 5)