Рупор Ротшильдов: победе над Россией мешает математика

    Угроза затяжной войны не изменила намерения Запада уничтожить Россию — но возможностей не добавила.
    Аватар пользователя Институт РУССТРАТ
    account_circleИнститут РУССТРАТaccess_time25 сен 2023remove_red_eye104 967
    print 25 9 2023
     

    Подтверждать провал украинского наступления стало для западных аналитиков общим занятием, но самое важное тут то, что Запад намерен делать дальше. The Economist и ряд других источников пришли к выводу, что Америке и Европе нужно готовиться к затяжной войне с Россией. Поскольку надежды на блицкриг уже очевидно несостоятельны.

    Прогнозы спикеров киевского режима других людей, что конфликт закончится к концу 2022 — максимум, к весне 2023 года — оказались пустословием. Украинские силы, загнанные в тупик российскими минными полями и прочими инженерными сооружениями, вынуждены ползти, а не продвигаться. Развертывание резервов и западное оружие результатов не дало, а осень с нехваткой боеприпасов остановит всякое наступление к концу октября.

    Америка настаивает на том, что будет придерживаться выбранного курса «столько, сколько потребуется», как несколько раз в этом году выразился президент Джо Байден. Британия, Франция, Германия и другие использовали эту же фразу.

    Однако, реализация этого обещания зависит от двух условий. Во-первых, это техническая способность Запада обеспечить украинскую армию достаточным количеством оружия и боеприпасов. Во-вторых, политическая воля продолжать снабжение.

    Оба процесса будут нелегкими. Российская оборонная промышленность перешла на «военное положение» в последнем квартале 2022 года, заявляют британские эксперты. Насколько им известно, Россия теперь может производить около 200 танков в год, что вдвое больше, чем предполагалось ранее. С учетом ремонта и модернизации, фактическая цифра может составить от 500 до 800 танков. Западные санкции слабо повлияли на производство других систем оружия.

    По мнению The Economist, у тех, кто сейчас стоит за Украиной, не должно быть проблем с переигрыванием России по производству вооружений. Потому что совокупный ВВП стран НАТО в 12 раз больше российского.

    Но, как обычно, есть нюансы. Например, Эстония тратит от $5000 до 6000 на каждый артиллерийский снаряд, Россия — $620. The Economist пытается оправдать десятикратный разрыв «низким качеством» и прочими уничижительными объяснениями, но в конце приходит к тому, что крупнейшая проблема западного ВПК — это инфляция.

    Производство оружия в России разгоняется. В полном соответствии с поговоркой про русских, которые долго запрягают. Американские и европейские инвестиции в новые мощности, начавшиеся позже, не принесут значительных дополнительных поставок до второй половины 2024 или до 2025 года, что даст России больше время для мобилизации, строительства новых оборонительных сооружений и ударов по украинским силам, считает The Economist.

    Производство снарядов в США выросло с 168 000 снарядов до 336 000, в совокупности США и ЕС должны выйти на уровень производства в 2 млн снарядов в следующем году.

    Но Россия обгоняет на год, уже в 2024 году ВС РФ смогут без проблем выпускать по 15 000 снарядов в сутки, что соответствует пиковому расходу ВС Украины в самые жесткие фазы наступления. Такой темп есть и будет для Украины экстремальным, для России — это норма.

    Шансы превзойти Россию по темпам производства появятся только в 2025 году. 2024-й год надо продержаться не только в плане снарядов. В Европе растет недовольство войной, точнее экономическими издержками от неё. В США «завис» вопрос выделения очередного мешка с деньгами для Украины на $24 миллиарда. Вашингтон не хочет накапливать новые долги, а если к власти придет Трамп, то ЕС придется оплачивать Украину самостоятельно.

    Деньги — это не единственная проблема. The Economist выражает определенный скепсис по поводу способностей ЕС обеспечивать Киев разведданными, которые позволяют Киеву наносить удары по российским объектам. Но, пишет издание, нужно не только пробовать перебороть Россию экономически в стратегической перспективе, но и усилить санкции — вроде отлучения от Олимпийских игр.

    Idee fixe стратегического поражения России остается настолько притягательной для западных мозгов, что доминирует даже в условиях, когда отсутствует хотя бы приблизительный план её реализации.

    Механизм победы над Россией выглядит как «дать Киеву оружия больше, чем может произвести Россия». Но сам же Economist пишет, что этот план сложно выполнить даже исходя из математики.

    Средняя оценка: 4.5 (голоса: 8)