За два года до Большой войны. Как избежать «идеального шторма» для России?

Многовекторная атака Украины на российские военные и гражданские объекты в ночь на 1 июня и возможный ответ на неё, который безусловно будет, — о чём и заявил Путин — несколько заслонили воинственные заявления и реальные шаги Европы, открыто ведущей подготовку к полномасштабной войне с Россией. Ни у кого не должно оставаться сомнений: война всерьёз и надолго. Причём она переходит на принципиально иной уровень. У Запада больше не стоит вопрос о допустимости или недопустимости ударов в глубь России, нет также вопроса и о возможности нанесения или ненанесения ударов по нашим ядерным объектам. Теперь против России всё допустимо и главное — всё возможно. На июньском саммите НАТО коллективный Запад под надуманным предлогом угрозы со стороны России намерен обозначить реперные точки развязывания войны стран альянса против нашей страны на горизонте 2027–2030 годов.

В этой ситуации нам надо досконально и по всем направлениям проанализировать наши внутренние проблемы и оценить готовность выстоять перед лицом такого вызова. Со всей уверенностью можно утверждать, что сегодня Россия приближается к ситуации «идеального шторма» — совокупности негативных факторов, одновременность действий которых усиливает эффект разрушительного свойства. Об этом мной говорилось ещё на Ассамблее Совета по внешней и оборонной политике 24 мая, а события 1 июня, продемонстрировавшие нынешнее состояние дел в госуправлении, лишь подтверждают этот вывод.

Последние соцопросы в России фиксируют рост тревожных настроений и ощущение личной небезопасности населения. Это связано в первую очередь с участившимися украинскими атаками на российские города и даже на объекты в Сибири, прежде считавшейся безопасной территорией. На это наслаиваются экономическая неуверенность в завтрашнем дне и беззащитность перед этнической преступностью, в том числе радикально-экстремистского толка, при отсутствии внятной миграционной политики, способной изменить ситуацию.

Весьма противоречива картина общественных настроений в отношении войны. С одной стороны, фиксируется усталость общества от СВО, когда около 87% граждан страны хотят быстрого завершения военных действий. С другой — почти 70% видят этим завершением или полный контроль России над всей территорией Украины, или, как минимум, контроль над четырьмя новыми регионами. При этом, для себя и своих близких возможности участия в боевых действиях люди не представляют. То есть Победы хотят, а воевать за неё не хотят.

Такое раздвоение сознания в медицине называется шизофренией. Что является следствием настойчивого желания властей одновременно вести войну и сохранять в полном объёме мирную, с атрибутами всех развлечений, жизнь. Показательно, что в ночь на 1 июня вместе с работой ПВО и РЭБ, отражающих атаки украинских БПЛА в Подмосковье или в Новороссийске, в небе вовсю гремели фейерверки.

Три с лишним года миллионы людей терпели трудности, помогали фронту чем могли, мирились с проявлениями несправедливости и откровенного бардака — лишь бы пришла полноценная Победа. Любой другой результат будет воспринят как «договорняк» и породит всеобщее ощущение «зряшности потерь». Возникает опасная вилка, когда общество устало от войны и хочет быстрого её завершения, но требует от власти безоговорочной Победы. Не примет окончания войны с сомнительным результатом — но при этом само воевать не хочет.

В условиях поддержки политики президента подавляющим большинством населения небывалое раздражение в обществе вызывает неповоротливость и никчёмность бюрократической машины, явно неспособной адекватно реагировать на стоящие перед страной вызовы.

К этим социально-психологическим факторам добавляются нарастающие кризисные тенденции в российской экономике. Начавшийся в I квартале 2025 года спад промышленного производства продолжился и во II квартале. Общий рост промышленности, хотя и небольшой, в 1,2%, происходит за счёт многократного наращивания выпуска военной и, по некоторым позициям, высокотехнологичной продукции. Тогда как в гражданских базовых отраслях наблюдается устойчивое снижение. Фактически рухнул объём грузовых перевозок — по данным РЖД в ряде случаев от 20 до 25%. Что является индикатором неблагополучного положения дел в промышленности.

В погоне за таргетированием инфляции ЦБР установил высокую ключевую ставку, действующую уже длительное время, что фактически остановило развитие реального сектора экономики. На горизонте замаячила череда банкротств предприятий. С установлением высоких процентов по депозитам в банковской сфере образовался «финансовый навес»: вклады на счетах только населения составляют около 60 трлн рублей, обслуживать которые становится всё труднее. Здесь тоже вилка: с одной стороны, надо снизить ключевую ставку в целях развития производства, с другой — есть риск массового оттока средств с депозитных счетов и обвала банковской системы.

Усиление действия каждого из перечисленных факторов в их совокупности — это то, что способно вызвать резонанс в виде «идеального шторма». Является ли это неотвратимым, подобно тому, как человек часто бывает бессилен перед стихией? В отличие от природы, в социально-экономической сфере катастрофический сценарий мы можем и обязаны предотвратить, купировав основные причины, ведущие к диссинергии негативных процессов.

Главное — необходимо безотлагательно сменить парадигму госуправления. Выбора между войной и миром Запад нам уже не оставил. Шизофреническое раздвоение сознания должно закончиться! Те же сотрудники силовых структур, прозевавшие подготовку противника к атаке 1 июня, они что, на службе должны быть как на войне, а дома — фейерверки запускать? Безответственность и безнаказанность за срыв выполнения государственных задач и решений должны караться «по законам военного времени».

Привести экономическую модель в соответствие стоящим перед страной вызовам — не только сегодняшним, но и завтрашним. Невозможно обеспечить нужное количество дронов, БЭКов и других атрибутов войны XXI века в условиях, когда тендеры по госзакупкам длятся по 90 дней, а средства поступают ещё медленнее. Ежегодно в стране проводится почти 2,5 млн конкурсных процедур по закупкам, где победитель обычно предопределён. Кому нужна такая псевдоконкуренция? Зато бюджету финансирование всей этой «армии» организаторов закупок обходится втридорога.

Не хочу перечислять все безотлагательные кардинальные меры, которые необходимо предпринять, чтобы недопустить обрушения России в кризис, к чему так усиленно стремятся наши противники. По прошествии трёх с лишним лет СВО и в преддверии готовящейся против России Большой войны можно сделать очевидный вывод: должен прийти управленческий класс с другой парадигмой мышления. «Либо мы сделаем это, либо нас сомнут», — говоря словами Сталина 1931 года. Сегодня у нас нет даже этих сталинских десяти лет.