Карабахский опыт войны танков

Аватар пользователя Админ
account_circleАдминaccess_time15 ноя 2020remove_red_eye2 533

Как всегда это бывает, окончание любых боев сопровождается немедленным подсчетом потерь и оценкой их характера. В первую очередь разговор ведется про ББМ, особенно танки.

С ними вообще получается странно. Во-первых, оказалось, что вместо 180 заявленных армянскими СМИ в ходе боев, армия Азербайджана потеряла всего 30 машин. А захватила у противника исправными в 7 раз больше, чем полностью компенсировала убыток и даже получила материальную прибыль. Во-вторых, помимо брошенных исправными, у армян в бою погибло 120. Правда, тут не совсем понятно, речь идет об общем числе ББМ всех типов, или приводится уровень боевых потерь именно танков.

Но в любом случае, армянские военные аналитики развивают мысль о внезапно вскрывшейся серьезной уязвимости танков, из-за которой армяне эту войну в Карабахе и проиграли. Мол, разведка в Ереване проморгала закупки противником ударных дронов и барражирующих боеприпасов, против которых танки оказались бессильны. А без них критично посыпалась и вся оборона.

Некоторая доля истины в таком подходе есть. Армения действительно проморгала техническое и технологическое переоснащение вооруженных сил РА. Дроны-камикадзе на самом деле оказались сильным и слабо отразимым козырем, наносящим в бою значительную часть ущерба. Но вот списывать со счетов танки все равно рано.

Безусловно, в целом, если оценивать сугубо академическую искусственную ситуацию противостояния танка и дрона, то ББМ заведомо проигрывает. Однако не стоит забывать, что точно также танк не в состоянии ничего противопоставить любому самолету.  Что нисколько не преуменьшало боевую эффективность танков раньше.

Источник проблемы кроется в другом, в серьезном изменении насыщенности поля боя самыми различными средствами поражения. До начала 60-х главной угрозой танкам были даже не другие танки, а, как и прежде, артиллерия. Возможности авиации тоже росли, но как правило она угрожала только на марше.

В остальных случаях танки достаточно надежно прикрывались армейской и фронтовой ПВО. И даже появление ударных противотанковых вертолетов ситуацию изменило не сильно. Во-первых, из-за сложности и дороговизны ни одна армия не могла иметь их достаточно много. Во-вторых, очень быстро появилось эффективное контрсредство в виде ПЗРК.

Принципиально мир изменился после 90х, когда одноразовый противотанковый гранатомет появился в товарных количествах в каждом пехотном отделении. Еще до Карабаха, на Донбассе ВСУ за короткий период боев в августе – ноябре 2014 года потеряли больше 600 танков.

Так что дроны-камикадзе ничего особо нового не показали. Да, появился еще один инструмент для борьбы, в том числе, с танками. Да, он продемонстрировал свою высокую эффективность. Но в то же время он подчеркнул высокое, даже определяющее значение комплексности в современной войне, отказ от которой как раз и оборачивается таким вот столкновением «кита и слона».

ВС Армении практически никак не применяли РЭБ, не вели авиаразведку мест базирования дронов и вообще никак не воздействовали по инфраструктуре их управления. Чем предопределили собственное поражение, так как полностью передали оперативную инициативу в бою противнику.

Однако некоторый вывод из карабахского опыта сделать все-таки следует.

В первую очередь, значительного усиления требует звено армейской ПВО, как дешевыми и простыми в использовании ЗУР ближнего радиуса (против классических дронов самолетной схемы), так и ствольными скорострельными автоматами калибра порядка 30-40 мм с боеприпасами программируемого подрыва.

И все это на мобильной базе, способной действовать непосредственно в боевых порядках танковых и механизированных частей. Ну, и, конечно, нуждается в доработке общая тактика общевойскового боя.

Однако это уже не про танки. Инструмент мало просто иметь, критично важно еще уметь им грамотно пользоваться.

Средняя оценка: 5 (голоса: 5)

Видео