Готова ли Турция стать ядерной державой?

В перспективе 10–20 лет страны Ближнего Востока могут получить свое ядерное оружие
Аватар пользователя Админ
account_circleАдминaccess_time19 янв 2021remove_red_eye540
print 19 1 2021
 

Геополитические процессы по своей сути очень похожи на законы природы. Они мало зависят «от роли личности в истории». Как бы Турция ни пыталась уклониться от обладания собственным ядерным оружием, они (процессы и законы) ее им обзавестись все равно заставят.

Строго говоря, «атомная дубинка» универсальным силовым инструментом не является. Слишком негативны последствия ее использования для ее применившего даже в случае его победы. Ядерное оружие – это инструмент сдерживания, своего рода последний козырь в стиле «тогда сдохнем вместе». Потому оно необходимо США, России, Китаю, Северной Корее. С некоторыми оговорками – Пакистану и Индии. Но даже обладание им для Франции и Британии носит, в первую очередь, статусный, а не военный характер.

Еще менее полезно оно для Израиля и, тем более, Турции. Но складывающиеся на Ближнем Востоке процессы в чем-то похожи на рамки, требующие соблюдения неписаных правил, даже вопреки здравому смыслу. Примерно как малиновый пиджак, барсетка и килограммовая золотая цепь на шее нового русского в 90-е.

Даже с учетом стремления к возрождению Османской империи, у Анкары нет целей, требующих применения ЯО. Взорвать столицу противника ядерной бомбой не гарантирует достижения победы. Скорее наоборот, подобный шаг приведет к сплочению оппонентов, расширению масштаба жестокости войны и реакции мировых держав.

В то же время, даже при удачной краже чертежей и технологий у стран, ЯО имеющих, обретение собственного арсенала сопряжено с очень большими расходами. Плюс возникает множество точек уязвимости, что хорошо видно на примере ядерной программы Ирана. Сколько раз связанные с ней промышленные объекты взлетали на воздух, в том числе под ударами ВВС ЦАХАЛ? И это еще не говоря о такой мелочи как расходы на содержание. Ядерные устройства деградируют. Раз в 20–30 лет их требуется переоснащать.

В общем, расходов и головной боли много, а радости нет почти никакой. Потому турецкое руководство долгое время от этой идеи уклонялось. Во всяком случае, еще в сентябре 2019 Эрдоган публично заявлял об отсутствии у его страны стремления обзаводиться собственным ЯО.

Но когда «от прямого ответа» на запрос МАГАТЭ упрямо уклоняется Израиль, а Тегеран уже открыто говорит о планах получения «металлического плутония», что является формой, одинаково применимой как в ядерной энергетике, так и в оснащении ядерных боезарядов, деваться Эрдогану становится особенно некуда. Так что его слова на Центрально-Анатолийском экономическом форуме в Сивасе, о том, что собственное ядерное оружие Турция иметь все же должна – вряд ли могут вызывать удивление.

Известный аналитик Яков Кедми ситуацию описал предельно четко: «ядерное оружие, хотим мы этого или не хотим, хорошо это или плохо, становится одним из элементов вооружений 21-го века. К этому надо относиться именно так».

Вопрос лишь в сроках. По мнению Кедми, у стран Ближнего Востока свое ядерное оружие появится в перспективе 10–20 лет. Те же сроки, с незначительным разбросом, называет израильская разведка и западные спецслужбы.

В общем, это данность. Но еще это и серьезный рост рисков применения тактических ядерных боезарядов в реальности. Пойдут ли они на удары по России – очень вряд ли. А вот против друг друга – вопрос куда менее риторический.

Средняя оценка: 5 (голоса: 4)

Видео