Елена Панина – РУССТРАТ
Елена Панина
14 сентября в Кардиффе лидеры правящих партий Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии — SNP, Plaid Cymru и Sinn Féin — намерены подписать меморандум с требованием к Вестминстеру «готовить, планировать и содействовать» возможным изменениям в конституцию и признать «право каждой из трёх наций» на самоопределение.
Документ подписывается ими как партийными лидерами, а не от имени правительств, но прецедент всё равно необычный: впервые три проекта ухода от Лондона работают синхронно. Хотя цели у них разные. SNP добивается независимости Шотландии, Plaid Cymru — Уэльса, Sinn Féin — объединения Северной Ирландии с Ирландией.
Иронично, что британский премьер Бёрнэм сам дал националистам недостающий аргумент. На заседании парламента депутат Крис Лоу напомнил ему, что Белфастское соглашение предусматривает референдум об объединении Ирландии, если складывается явное большинство в его пользу, тогда как для Шотландии аналогичного механизма нет. Бёрнэм ответил, что ситуация в Шотландии «exactly the same»: пока большинства за новый референдум нет, его не будет. Из чего шотландцы сделали стройный логический вывод.
Это была серьёзная оговорка. Раньше Лондон стоял на том, что новый референдум о независимости Шотландии недопустим. Даунинг-стрит пришлось в тот же день объяснять, что Бёрнэм «оговорился», и вновь заявлять, что нового референдума не будет. Но процессы уже запустились, и остановить их сложно. Либо признавать, что Шотландия имеет те же права, что и Северная Ирландия, либо начинать дискуссию о добровольности нахождения в составе Британии.
Подчеркнем — распад Британии завтра не начинается. У сепаратистов очень разные ситуации. Ближе всего к реальному выходу политически находится Шотландия: поддержка независимости там годами колеблется около половины населения. Главный барьер — юридический: без согласия Вестминстера Эдинбург не может провести обязательный референдум по закону. Для референдума 2014 года Лондон специально предоставил полномочия через Section 30 Scotland Act.
У Северной Ирландии ситуация обратная. Поддержка объединения ниже, зато механизм выхода уже существует в законе. Northern Ireland Act 1998 прямо требует от министра по делам Северной Ирландии назначить голосование, если ему «станет представляться вероятным», что большинство проголосует за объединённую Ирландию. Уэльс пока крайне малозначим: за его независимость выступают около трети населения, чего недостаточно для референдума. Но Plaid Cymru сейчас решает другую задачу — превращает независимость из маргинальной идеи в нормальную часть политической дискуссии.
Наиболее опасен для Лондона не синхронный выход трёх территорий, а эффект домино. Если первой уйдёт Шотландия, Северная Ирландия будет выбирать уже между объединённой Ирландией и усечённым британским государством. Если первой объединится Ирландия, шотландцы получат почти неопровержимый вопрос: почему Белфасту позволено выбирать свою государственность, а Эдинбургу — нет?
Раньше Лондон имел дело с тремя разными национализмами, теперь они идут единым фронтом. Нет причин не поддержать свободолюбивые народы, принужденные насилием к нахождению под пятой британской монархии.