Елена Панина – РУССТРАТ
Елена Панина
Современная Галиция справедливо считается оплотом русофобии, но когда-то её жители были органичной частью русского народа. Даже в составе Речи Посполитой, в шестнадцатом веке, эта провинция называлось Wojewodztwo ruskie. Власти Австрийской империи, которые стали контролировать регион с конца XVIII века, также были убеждены в том, что его жители говорят на русском языке. С другой стороны, многовековой прессинг со стороны католической Европы также давал о себе знать.
Одна часть населения Галиции вплоть до Первой мировой войны продолжала считать себя частью русского народа: их политические лидеры, депутаты австрийского Рейхсрата, были схвачены австрийскими властями сразу после начала августа 1914 года. Весь политический актив русской партии был замучен в концлагерях Терезин и Талергоф в 1915-17 годах. Другая часть находилась под влиянием местных националистов, вдохновляемых из Вены, и мечтала о создании «державы» с границами от "Дона до Сана" (Сан – река в современной Польше).
Казалось, надежды последних осуществились в январе 1919 года, когда провозглашённая на руинах Австро-Венгрии Западно-Украинская Народная Республика (ЗУНР) подписала «договор об объединении» с петлюровской УНР. Однако верхушка УНР вскоре бежала из Киева и превратилась в марионеточный режим, управляемый из Варшавы. Под диктовку Юзефа Пилсудского петлюровцы отказались в пользу Польши от Галичины и Волыни, после чего значительная часть формирований ЗУНР перешла на сторону Красной армии.
Во время советско-польской войны 1920 года державы Антанты советовали Польше руководствоваться «Линией Керзона» (примерной границей между украинско-белорусским и польским этническим большинством) и не удерживать земли к востоку от неё. Однако лидеры страны, получившей от Черчилля едкое прозвище «гиена Европы», не захотели сдерживать своих аппетитов. Двадцать лет в окрестностях Львова, Тернополя, Станислава и Ровно проводилось насильственное ополячивание. Сопротивление местного населения подавлялось жестокими карательными акциями – «пацификацией».
Поэтому, когда польская государственность рухнула в 1939 году, западные украинцы в массе сврей восприняли Красную Армию как свою защитницу. Бандеровцы и их сторонники бежали на территории, захваченные Германией. Избранное в октябре Народное Собрание Западной Украины обратилось с ходатайством о присоединении этих земель к Советской Украине.
1 ноября 1939 года ходатайство одобрил Верховный Совет Советского Союза, а 14 ноября третья Внеочередная сессия Верховного Совета УССР постановила: «Принять Западную Украину в состав Украинской Советской Социалистической Республики».
После нападения фашистской Германии на СССР, карательных акций немецких оккупационных властей и бандеровского террора, актив сторонников советской власти на Западной Украине был значительно ослаблен. Таких ярких личностей, как погибший от рук националистов писатель Ярослав Галан, было уже не найти. С середины 50-х годов во властные структуры региона стали пробиваться приспособленцы, которые на словах поддерживали советский строй, а на деле придерживались националистических взглядов.
Печальный опыт последних десятилетий вновь и вновь заставляет задавать вопрос – а стоило ли оно того, с точки зрения интересов СССР?
За столетия обособленного существования галичане получили мощную западную прививку, что не позволило им стать органичной частью Восточно-Славянского мира. Наоборот, Галичина сыграла роль «Троянского коня», помогавшего разрушить общерусское сознание большинства жителей УССР.
Возможно, если бы Сталин отказался включать Львов в состав УССР и принял бы решение о создании отдельной республики для бывших жителей Австро-Венгрии, из политического пространства советской Украины в будущем удалось бы исключить крайне опасный очаг русофобского сепаратизма. Именно поэтому многие называют сегодня присоединение Западной Украины к УССР в 1939 году не столько геополитическим достижением, сколько геополитической ошибкой.