Центры информационно-психологических операций Запада. Часть первая

    Механизм принятия решений руководством стран Запад имеет многоступенчатую и многофакторную природу
    Аватар пользователя Леонид САВИН
    account_circleЛеонид САВИНaccess_time05 июн 2022remove_red_eye20 392
    print 5 6 2022
     

    На протяжении последних двухсот лет ряд государств Запада, прежде всего США, Британия, Германия и Франция оттачивали свое мастерство по ведению информационных операций, направленных как на собственных граждан, так и на сознание противника. С появлением газет и журналов политическая пропаганда принимала разные формы – эссе, новостей, карикатур, манифестов и открытых призывов.

    При военных конфликтах для воздействия на другую сторону применялись листовки и засланные агитаторы, а дух патриотизма накачивался через индустрию развлечений – театры, а позже радио и кино. Лидеры западных стран открыто говорили о важности борьбы за ума и сердца людей, при этом нередко используя для этого явно не демократические методы. А появление новых технологий постоянно усиливало службы ведения информационно-психологических операций, не зависимо от того, к какому ведомству они относились - гражданскому или военному.

    В свою очередь, это приводило к появлению новых терминов — информационная война, сетевая война, когнитивная война, война иными средствами и т.д. Самый свежий из них – Tik-Tok война, появившийся благодаря всплеску (не без помощи западных спецслужб) проукраинского контекта в этой социальной сети. 

    Прежде чем начать описание работы этих центров, их методик, сферы действия и целевых групп, необходим небольшой экскурс в историю, чтобы обозначить ключевые события, организации и фигуры, которые оказали влияние на становление культуры манипуляций и дезинформации на Западе в целом.

    Значительный вклад в область технологий влияния в США сделал Эдвард Бернейс, племянник Зигмунда Фрейда, который использовал психоаналитические идеи своего дяди наряду с методиками манипуляций и управления толпой. Бернейс был пиарщиком различных компаний от The Procter & Gamble Company и General Motors до American Tobacco Company и General Electric. Для обозначения искусственного создания общественного мнения он предложил термин "инжиниринг согласия".

    Именно благодаря Бернейсу стало широко известно понятие PR (связи с общественностью), поскольку он предложил заменить им "пропаганду", поскольку после Второй мировой войны, как он считал, это слово были дискредитировано нацистской Германией.

    Еще одним ключевым автором из США является социолог и журналист Уолтер Липпман, издавший книги "Общественное мнение" и "Фантомное общество". Важно отметить, что Липпман имел доступ в высшие коридоры власти, был соавтором конвенции о создании Лиги наций, ввел в обиход термин "стереотип" и детально разработал концепцию "Холодной войны".

    Важно отметить и вклад голливудского кинематографа в манипулирование общественным сознанием. Само появление этой киноиндустрии было связано с необходимостью охвата широких масс сетью развлечений, поскольку для бедных слоев населения США театры были слишком дорогим местом для проведения досуга.

    Великая депрессия подтолкнула к появлению особого жанра супергероев, которые должны были служить своего рода утешением от социальных невзгод и разгула преступности. Если в реальной жизни все было очень плохо - массам нужно было дать пилюлю иллюзий, чтобы они не оставляли надежд на будущее. Мультфильм "Пароходик Вилли" с Микки Маусом вышел в 1929 г., став своего рода знаком оптимизма и трудолюбия.

    Аналогично, мультфильм "Три поросенка", вышедший на экран в 1933 г. имел явную коннотацию с преодолением невзгод и проблем, которые ассоциировались с волком. Бедные юноши и девушки в голливудских картинах, которые внезапно достигали успеха чудесным образом, становились символами успеха и веры в неограниченные возможности любого простого американца. Хотя далеко не все им пытались подражать на деле, но почти все начинали верить, что для США это своего рода норма.

    Этот подход оправдался и даже принес хорошие прибыли анимационным студиям и кинокомпаниям, поэтому в дальнейшем такие супергерои стали появляться все чаще в комиксах и на экранах. Тот же супермен вышел к широкой публике уже в конце Великой депрессии, в 1938 г. (хотя был придуман еще в 1933 г., но авторы Джерри Сигел и Джо Шустер не могли найти издателя) и быстро завоевал популярность.

    Через год Великая депрессия закончилась, но вскоре началась Вторая мировая война, и методы пропаганды нуждались в корректировке. Порядочно поднаторев в техниках манипуляции над собственными гражданами, штат экспертов был готов поработать и над новыми задачами.

    Для внешнего влияния до Второй мировой войны в США официально делалось не так много. Президент Вудро Вильсон создал Комитет общественной информации в апреле 1917 года, когда бушевала Первая мировая война, но он просуществовал только до августа 1919 года. Куда активней действовали различные фонды и группы по интересам. Совет по международным отношениям был создан в 1921 г.[i]

    Среди инициаторов создания наряду с примерно 150 учеными были упомянутый ранее Уолтер Липпман, а также советник президента Вильсона полковник Эдвард М. Хаус. С конца 30-х гг. Совет стали поддерживать Фонды Форда и Рокфеллера. Прорыв был достигнут во время Второй мировой войны благодаря специфической деятельности группы по изучению войны и мира, причем одно из направлений в этой структуре возглавлял небезызвестный Ален Даллес.

    Помимо обширной сети комитетов в городах США, Совет по международным отношениям инкорпорировал в свой состав многочисленных чиновников, а позже стал открывать филиалы за границей - это были их уши и глаза, которые выполняли тройную функцию - являлись датчиками для сбора необходимой информации, распространяли собственный контент через подконтрольные и связанные организации и СМИ, а также вербовали необходимые для своей работы кадры.

    В вооруженных силах США в 1942 г. появилось единое Управление стратегических служб, созданное на базе Комитета начальников штабов, а на смену ему в 1947 г. пришло ЦРУ. Параллельно действовала Канцелярия военной информации (Office of War Information), просуществовавшая с июня 1942 г. до сентября 1945 г.

    В 1948 г. была создана корпорация RAND, задачей которой было военное планирование на основе исследований и наукоемких технологий. Изначально площадкой была Douglas Aircraft Company, базирующаяся в Санта-Монике (штат Калифорния), которая запустила проект в октябре 1945 г. но затем RAND стала независимой неприбыльной организацией.[ii]

    Уже в 1946 г., до выделения в отдельную организацию, был завершен первый проект, посвященный созданию космического спутника, а в 1948 г. Джон фон Нойманн начал работу над компьютером, чтобы эффективней анализировать и обрабатывать информацию. В 1950 г. запущен проект по исследованиям в отношении Советского Союза - первой работой стал доклад Натана Лейтеса The Operational Code of the Politburo. В 1957 г. запущено исследование в области искусственного интеллекта, а в 1962 г. Пол Баран работает над новым типом коммуникаций на основе распределенных пакетов данных, ставшими основой для Интернет.

    В целом, многие исследования были уникальными и перспективными. Аналитики RAND улавливали проблемы на стадии их раннего появления и пытались найти для них решения. Часто эти рекомендации потом служили в качестве практической политики. Например, специальное исследование по теме гомосексуальности в вооруженных силах США RAND провели еще в 1993 г. и в выводах было сказано о необходимости борьбы с дискриминацией против гомосексуалистов в армии США, для чего были приняты поправки в законах и скорректирована социальная политика внутри США в целом.

    Необходимо отметить, что с 1991 г., когда отпала необходимость изучать поведение советских лидеров и политический курс СССР, в RAND частично переориентировались на глобальные вопросы, такие как распространение болезней и наркотрафик, голод в бедных странах и пр. Однако после 2014 г. тематика России резко актуализируется, причем как в отношении аспектов стратегического сдерживания и военного планирования, так и по части медиа и пропаганды.

    Своего рода сестринским проектом RAND является Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США DARPA, созданное в ответ на запуск Советским Союзом искусственного спутника Земли в феврале 1958 г.[iii]

    Агентство сейчас имеет семь отделов, которые занимаются вопросами адаптации технологий; оборонными науками; информационными инновациями (цель – добиться технологического преимущества США во всех сферах); технологиями микросистем, такие как чипы, фотоника и микроматериалы; стратегическими технологиями; тактическими технологиями и биотехнологиями. В определенном смысле некоторые программы взаимосвязаны.

    За многие годы существования Агентства было реализовано немало программ и продуктов, связанных с манипулированием общественного сознания, например, Информационная поддержка военных операций.[iv]

    Белферский центр по науке и международным делам при Гарвардском университете — еще один важный инструмент для анализа и выработки решений во внешней политике США.[v] На данный момент директором Белферского центра является бывший министр обороны США Эш Картер.

    Одна из его сотрудниц Келли Гринхил выпустила исследование о том, как использовать миграционные потоки в качестве оружия ведения войны.[vi] Поскольку ее первая публикация по теме вышла еще в 2008 г., можно предположить, что в дальнейшем эта методика была адаптирована и применена для создания кризисной ситуации с мигрантами в Европе. [vii] В Белферском центре действует специальная группа по России.

     Из других аналитических центров необходимо выделить Центр стратегических и международных исследований в Вашингтоне, занимающийся вопросами стратегии, геополитики политического планирования, технологий, кибербезопасности, обороны, экономики и энергетики.[viii] В штате центра около ста экспертов, также привлекаются внешние кадры.

    Фонд Карнеги за международный мир[ix], Фонд Рокфеллера[x] — относятся к старейшим аналитическим центрам, активно продвигающих свою повестку, в том числе, через создание медиа контента и свою агентуру на местах. А Национальный фонд за демократию тесно связан с Госдепартаментом США и занимался вмешательством во внутренние дела других государств.

    Что касается широкой медиа активности во внешней среде в политических целях, этот сектор был поставлен под контроль правительства в 1953 г., когда было создано Информационное агентство США (United States Information Agency), которое просуществовало до 1999 г., после чего его функции были переданы Совету управляющих по вопросам вещания, реформированному в Агентству США по глобальным медиа.[xi] Радио «Свободная Европа», радио «Свобода» и многие другие похожие проекты, известные со времен Холодной войны, являются продуктами этого агентства.

    Управление международных информационных программ Государственного департамента США также занимается пропагандой на глобальном уровне, тесно координируя деятельность с агентством США по международному развитию USAID.[xii]

    Кроме того глобализация самих американских СМИ, а именно телеканалов CNN, Fox News, NBC, CBS, ABC, издания New York Times, Bloomberg, Washington Post, информационные агентства Reuters, Associated Press и других, позволило США достичь глобального доминирования в мире медиа и пропаганды. Можно вспомнить и высказывание бывшего заместителя министра обороны США Джозефа Ная, автора концепции "мягкой силы", что «войну в Заливе мир видел глазами CNN».[xiii] Особый успех CNN был связан с его сетевой структурой — слово Network находится в названии медиа.

    Поэтому особое внимание с 90-х гг. экспертами в США стало уделяться сетевым структурам и влиянию новых средств коммуникации на появление новых методов командования, управления и распространения информации. «Власть переходит к небольшим неправительственным акторам, которые могут организоваться в расползающиеся сети более быстро, чем традиционные государственные структуры», - писали Джон Аркилла и Дэвид Ронфельдт в своей книге «Подготовка к конфликтам в информационную эпоху», изданной корпорацией RAND.[xiv]

    С этим связан интерес ряда институтов, аналитических центров и научных лабораторий США к сетевым моделям организаций. Энн-Мари Слотер из Принстонского университета (также работала директором департамента планирования в Госдепартаменте США при Обаме) указывала, что современный политический мир состоит из множества интернациональных сетевых «государств», в то время как в настоящих национальных государствах такие составные сетевые части становятся столь же важны, как и их центральное руководство.[xv]

    Другой пример использования научных методов для политических целей — это подписание 15 сентября 2015 г. президентом США Бараком Обамой указа о необходимости применения методов бихевиористской науке в государственных органах.[xvi] Здесь явно прослеживается роль Касса Санштейна, ранее работавшего администратором в Офисе по делам информации и вопросам регулирования в кабинете Обамы. В соавторстве с британским коллегой он написал книгу Nudge: Improving Decisions About Health, Wealth, and Happiness[xvii], где за красивыми словами скрываются методы психологических манипуляций в контексте повседневной деятельности.

    Арабская весна, точнее, внешнее влияние через неправительственные организации и социальные сети тоже вписывается в рамки бихевиоризма, только на этот раз манипуляция проводилась в отношении граждан других стран. А последнее ответвление бихевиоризма, известное как “надж” (это слово можно перевести как легкое подталкивание) – не что иное, как очередная технология управления людьми, адаптированная к современной реальности.

    Важно отметить, что манипуляции часто ведутся с помощью заранее созданных нарративов. Можно создать мощную физическую сетевую инфраструктуру, но если через нее не будет должным образом прокачиваться адекватный контент, в чем-то соответствующий ожиданиям масс и формирующим их позиции, то она будет бесполезной.

    Главное в этом вопросе – это нарратив. А нарративы могут быть самыми разнообразными – от глобального потепления и проблем с экологией (целью в данном случае может служить снижение потребления классических источников энергии, включая нефть, газ и ядерную энергию) до проблем безопасности и внедрения каких-либо рейтингов, которые становятся важными индикаторами.

    В качестве примера таких рейтингов- индикаторов можно привести такие понятия как «хрупкое государство» (fragile state) и «несостоявшееся государство» (failed state), активно применяемые в США в качестве критериев государственной политики той или иной страны. Индекс хрупких государств многие годы публикует американский Фонд мира.[xviii]

    В одном из исследовании феномен хрупкости государств называется не иначе как новым классом конфликтом. Чтобы иметь дело с такого рода проблемами, в США выработали стратегию межведомственного взаимодействия, где Госдепартамент США, отдел по реконструкции и стабилизации, агентство международной помощи USAID, а также Минобороны через силы специального назначения и военно-гражданские инициативы совместными усилиями будут наводить порядок в странах, которые имели несчастье попасть в список этих хрупких государств.[xix] Концепция «операций по стабилизации» ранее легла  в основу Полевого устава сухопутных войск США FM 3-07 Stability Operations, который был принят в 2008 г.[xx]

    Однако интересно, что за 2021 г. самый высокий рост хрупкости пришелся на США!

    Кроме того, этот критерий используют и надгосударственные структуры типа Всемирного Банка и Международного Валютного Фонда. В специальном блоге Всемирного банка, посвященном хрупким государствам обосновывается финансовая интервенция в различные регионы и тому подобные "экономические убийства", нередко называемые построением инклюзивных обществ.[xxi]

    Всемирный банк активно для работы с хрупкими государствами активно включат частный бизнес, поскольку привлечение третьих лиц является своего рода прикрытием для экономической оккупации, а с другой можно переложить часть ответственности и на доноров, одновременно установив контроль над их деятельностью.

    Самое циничное в том, что во Всемирном банке разработкой политики в отношении разных стран, которым приклеивают ярлык "хрупких государств", занимается структура, названная не иначе как Независимая оценочная группа.[xxii]

    Организация Экономического Сотрудничества и Развития - еще один инструмент западного доминирования - также неравнодушна к дилемме "хрупких государств", и предлагает заниматься не чем иначе, как "мобилизацией местных ресурсов", то есть отдавать под некую часть процентов свое национальное достояние - нефть, газ, минералы и пр., так как прямые иностранные инвестиции в производство будут иметь слишком низкий доход.[xxiii]

    Как видим, такое сложное переплетение критериев для оценки, легитимирующих документов и институтов, занимающихся этими вопросами, дает возможность для реализации стратегии поступательного захвата государств, территорий и ресурсов, - и все это благодаря искусственно придуманному термину.

    К аналогичным концепциям можно отнести рейтинги свободы прессы, свободы вероисповедания, экономических свобод и т. п., которые все фабрикуются американскими аналитическими центрами и корпорациями. А в результате на стол госдепартамента ложатся справки, являющиеся обоснованием для санкций, военных интервенций и цветных революций.

    Итак, в итоге мы имеем несколько параллельных разветвленных структур, объединенных сходными целями и задачами. Госдепартамент США и уполномоченные агентства занимаются подготовкой контента для дезинформации и агитации в других странах. Аналогичную деятельность ведут различные частные СМИ — печатная пресса, телевидение и интернет сайты.

    Специфические задачи выполняют силовики — Пентагон, ЦРУ, Министерство внутренней безопасности и т. д., нередко в связке с Агентством по международному развитию.

    Научные центры, аналитические центры и лаборатории проводят анализ специфических тем и направлений (например, как улучшить методы пропаганды для граждан КНДР на основе собеседований с перебежчиками)[xxiv], разрабатывают стратегии и дорожные карты по отношению к определенным регионам или объектам.

    Далее методики передаются в оперативные центры для проведения тестирования и при получении положительных результатов применяются в отношении целевых групп и государств. Для этого регулярно выделяются необходимые ресурсы, происходит подбор специалистов из различных университетов, которые становятся научными сотрудниками для определенных проектов, включая военные.

    В следующей публикации мы более подробно рассмотрим программы и инициативы по информационно-психологическим операциям в секторе военных технологий и Пентагона.

     

    [i]               https://www.cfr.org/

    [ii]              https://www.rand.org/about/history.html

    [iii]             https://www.darpa.mil/

    [iv]            https://humansbefree.com/2016/03/darpa-is-using-mind-control-techniques-to-manipulate-social-media.html

    [v]             https://www.belfercenter.org/

    [vi]            https://www.belfercenter.org/person/kelly-m-greenhill

    [vii]           https://www.voltairenet.org/article189184.html

    [viii]          https://www.csis.org/

    [ix]            https://carnegieendowment.org/

    [x]             http://rockfellerfoundation.org/

    [xi]            https://www.usagm.gov/

    [xii]           https://www.usaid.gov/

    [xiii]          Дж. Най. После Ирака: мощь и стратегия США. "Россия в глобальной политике". № 3, Июль - Сентябрь 2003.

    [xiv]          Arquilla J., Ronfeldt D. In Athena’s Camp: Preparing for Conflict in the Information Age. Santa Monica: RAND, 1997.

    [xv]           Slaughter, A.-M. 2004. A New World Order: Government Networks and the Disaggregated State. Princeton: Princeton University Press.

    [xvi]          https://www.whitehouse.gov/the-press-office/2015/09/15/executive-order-using-behavioral-science-insights-better-serve-american

    [xvii]         Richard H. Thaler, Cass R. Sunstein. Nudge: Improving Decisions About Health, Wealth, and Happiness. Penguin Books, 2009.

    [xviii]        https://fragilestatesindex.org/

    [xix]          Pauline H. Baker. Forging a U.S. Strategy Toward Fragile States. The Stanley Foundation’s Strategy for Peace Conference. October 15-17, 2009. http://www.stanleyfoundation.org/spc_2009/Baker.pdf

    [xx]           Field Manual 3-07 - Stability Operations. Headquarters of the Army. October 2008.

    [xxi]          http://www.fragilestates.org/tag/world-bank/

    [xxii]         http://citeseerx.ist.psu.edu/viewdoc/download?doi=10.1.1.150.3537&rep=rep1&type=pdf

    [xxiii]        Green Duncan. How to Fix Fragile States? The OECD Reckons it’s All Down to Tax Systems. 02/28/2014 http://blogs.worldbank.org//publicsphere/how-fix-fragile-states-oecd-reckons-it-s-all-down-tax-systems

    [xxiv]        https://warontherocks.com/2021/08/getting-outside-information-past-big-brother-in-north-korea/

    Средняя оценка: 4.8 (голоса: 12)