Переговоры проходили в городе Кульджа (ныне Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР).
В середине XIX века обстановка здесь была далека от дипломатического спокойствия. Китай только что потерпел поражение в Первой Опиумной войне (1839–1842), открыв свои морские порты для колониальной эксплуатации Запада. На фоне сложной ситауции на побережье Пекин нуждался в сильном и равноправном партнёре на своих сухопутных границах. Российская империя, в свою очередь, завершала закрепление в казахских степях — незадолго до переговоров Старший жуз присягнул на верность русскому царю. Границы двух держав сомкнулись в ущельях Тянь-Шаня.
Однако сама долина реки Или к тому времени превратилась из артерии Великого Шёлкового пути в «дальнюю обочину»: после распада империи Чингизидов там воцарились междоусобицы кочевых племён, а караваны регулярно подвергались разграблению.
Инициатива заключения договора принадлежала российским купцам Семипалатинска и Бухтармы, которые несли убытки из-за нестабильности в регионе.
Встреча полковника Егора Ковалевского и сановника Илийского края И Шаня привела к важному внешнеэкономическому прорыву: подписанный ими трактат открыл эпоху интенсивной торговли между двумя величайшими странами Евразии.
Главными особенностями заключённого соглашения стали беспошлинная торговля и меновой характер сделок. В отсутствие общепринятых валютных курсов стороны некоторое время заключали контракты по принципу «товар на товар». Несмотря на дефицит финансовых инструментов, оборот начал расти лавинообразно: уже к концу XIX столетия на долю Китая приходилось более половины всей азиатской торговли Российской империи. Для русских купцов появление факторий в Кульдже сократило логистическое плечо почти вдвое по сравнению с традиционным маршрутом через забайкальскую Кяхту.
Трактат положил начало долгой истории русско-китайского экономического сотрудничества, дав мощный импульс развитию всего региона. Оживление илийского пути привело к бурному росту крепости Верный и города Пишпек — нынешних Алматы и Бишкека, ставших ключевыми центрами Казахстана и Киргизии.
Примечательно, что сам Егор Петрович Ковалевский, поставивший подпись под документом, впоследствии, уже в чине генерала, покрыл себя славой как герой обороны Севастополя.
Спустя 175 лет эта историческая преемственность выглядит особенно значимой. Договор, открывавший широкие экономические перспективы перед двумя великими державами в середине XIX века, служит сегодня напоминанием об истоках их внешнеэкономического взаимодействия.